ac0fbaff     

Степанова Татьяна - Екатерина Петровская 19 (Дамоклов Меч Над Звездном Троном)



ТАТЬЯНА СТЕПАНОВА
ДАМОКЛОВ МЕЧ НАД ЗВЕЗДНОМ ТРОНОМ
Аннотация
Визитная карточка этого серийного убийцы — металлический жетон с выбитыми на нем цифрами. Он прикрепляет его к телам своих жертв: шестипалой сутенерши, владельца зооцирка, хладнокровно уничтожившего своих «артистов», врача, тайно торговавшего трупами… Начальник убойного отдела Никита Колосов и сотрудница прессцентра УВД Катя Петровская пытаются создать психологический портрет маньяка… Новое преступление ставит их в тупик: убит популярный певец Кирилл Боков, восходящая попзвезда.

И снова пресловутый жетон на запястье жертвы… Косвенные улики так или иначе связаны с частным теплоходом, прибывшим из Питера в Москву. На теплоходе — два знаменитых в прошлом рокпевца с друзьями и близкими. Но странному стечению обстоятельств муж Кати — Вадим Кравченко — становится телохранителем одного из рокеров…
Глава 1. НОЧНАЯ ПЬЕСА
Дело было в СанктПетербурге, и Вадим Кравченко сказал:
— А я доволен. Я очень доволен. И вообще мне в жизни немного надо. Но только того, что я сам лично хочу.
— Минимализм — это уже не модно, Вадик, — вздохнул Сергей Мещерский.
— А мне плевать. Я не прав, мой зайчик?
Зайчик — Катя Петровская, по мужу Кравченко, не вмешивалась в беседу уже четверть часа. Сил не было, просто никаких не было сил! Они сидели за столиком в баре. Бар назывался, кажется, «Борсалино».

Кажется, а может, и нет. Вроде при гостинице «Англетер», которая когдато была очень и очень знаменита, а потом сплыла, войдя после реконструкции в шикарный комплекс отеля «Астория». В этом отеле они и забронировали номера — решили на этот раз встретить Новый год в Северной Пальмире с максимальным европейским комфортом.
И встретили. Ночь с ее огнями, фейерверком над Невой, шампанским у сфинксов и нескончаемой канонадой китайской пиротехники была позади. На дворе стоял первый день нового года, да и он уже сильно клонился к закату. Город спал посленовогодним младенческим сном.

Улицы и проспекты были пусты и засыпаны снегом. Сказка была вокруг — белая сонная сказка.
В отеле — в шикарных холлах, на лестницах и на этажах — царила благопристойная тишина. Такая тишина бывает только 1 января, вечером, сотканным из мглистых балтийских сумерек.
— Минимализм — это не модно, — повторил Сергей Мещерский и отпил хаароший глоток шотландского виски. — И, между прочим, Вадик, ты и так от жизни получил все самое лучшее.
— Например? — спросил Кравченко.
— Например, жену. — Мещерский посмотрел на Катю. Взгляд был лучезарный, уплывающий в шотландское далеко — к манящей хрустальными огнями барной стойке.
— Ну а ты что скажешь, мой зайчик? — Кравченко обернулся к Кате.
— Хорошие вы оба уже, — пискнул осипшим голоском «зайчик». — Мальчики, милые, пора закругляться, а?
— Пора, — маленький, пунцовый от виски Мещерский хлопнул ладонью по столу. — Желание женщины — закон. Еще три минуты празднуем здесь, и я везу вас в Петергоф. Я обещал.
Собственно, в этот чудный град Петров, в эту вселенскую студеную колыбель пригласил их именно Мещерский. С Питером у него всегда были крепкие связи — и делами, и друзьями, и неизбывной духовной жаждой. Катя давно заметила за Мещерским странную особенность.

Он всегда говорил, что не выносит Питер, но если не приезжал туда в течение трехчетырех месяцев кряду, хандрил и заболевал. В Питере он также хандрил, звонил и на словах вроде бы рвался домой — в Москву. Но приезжал всегда переполненный впечатлениями — поздоровевший, повеселевший и самое главное — повзрослевший.
Им с Кравченко уж



Назад